Отрада Православная

14508 Нет радости, чувство богооставленности, как будто я променял свое первородство за чечевичную похлебку (продолжение)

Слава Богу! Зовут меня Г. Родом я из Украины, Тернопольской области. У меня есть проблема с которой я живу шесть лет. Семь лет назад я начал искать Бога (мне сейчас 46 лет). Искал в интернете, слушал проповеди, посещал православную церковь, пытался поститься и молится. Осознав свою греховность покаялся.
В один прекрасный день меня коснулась благодать. Сначала я испугался, думал что-то с умом. В меня как бы что-то вселилось. Пришла уверенность в прощении грехов, появилась любовь и сострадание без выборочно ко всем и ко всему. Потом я понял, что это был дар веры и любви. Я как-бы родился заново. Я стал четко понимать слова Библии. Какие чудеса произошли со мной не возможно перечислить и описать. Я четко осознавал себя членом Церкви Христовой. Получил исцеление от хронических головных болей…, рвение, радость…
А потом как-то раз и сила оставила меня. Я физически почувствовал, как что-то очень хорошее вышло из меня. Пришло уныние и холод. Силы начали покидать меня, вернулись головные боли. Я молился, просил, пробовал. Все это осталось в памяти. Я обращался к священникам, искал в интернете, за шесть лет пробовал, боролся, прислушивался к советам. Я и сейчас ищу ответа, но не нахожу. Нет радости, чувство богооставленности, как будто я променял свое первородство за чечевичную похлебку. Молитва дается с трудом и не радением. Я не скажу, что не боролся.
Если б я знал, что это испытание временем, я был бы рад. А так мне кажется, что я просто отпал, а истиной причины не знаю. Было все, и гордость, и прелесть, и не понимание. Я это все осознавал и просил прощения. Но я стал как кимвал звучащий, это меня и пугает. Пусть болит голова, пусть там еще что. Мне просто страшно, что я угасил свой светильник, а зажечь не могу.
ПОМОГИТЕ! Обращаюсь к Вам впервые с надеждой на понимание. С уважением Г.

Отвечает священник РПЦ МП протоиерей Анатолий Гармаев


Продолжение...

Узы духа

Но вернемся теперь к святителю Феофану Затворнику. Как он описывает узы духа.

Узы духа — это мир, самоугодие и диавол, соответственно узы отсюда и берут свое название: узы мира, самоугодия и узы диавола. Последнее осязается человеком и более узнаваемо нами как гордость и самолюбие. Однако лежит за этим, по словам святителя Феофана Затворника, следующее: «Третьи узы духа идут от сатаны и духов его. Они не видимы и большею частью совпадают с узами самоугодия и мира. Но есть нечто и непосредственно исходящее от сатаны.

От него некоторая неопределенная робость и боязнь, когда задумает он (человек)  о добре. От него разные лести духовные: у одних чрезмерная, без верных оснований, надежда на милосердие Божие, не отрезвляющая, а все более и более углубляющая к грехолюбию (потакающая); у других — отчаяние; у этого — сомнение и неверие; у того — самоуверенность и самооправдание, заглушающее всякое чувство раскаяния.

Одна из хитрых его уловок — скрывать себя, то есть наводить на грешника уверенность, что его нет, (как результат) он и самовольничает со свирепостью в грешной душе (теми пороками, которые свойственны каждому отдельному человеку).

Во дни Господа на земле бесы, источник неверия и сомнений, становились проповедниками веры, (вынуждаемые святыми) говорить истину (о себе, кто они) через кумиров и идолов в капищах.

Такое раскрытие козней лукавого приводит грешника, (верившего им) к открытию, что он в злобных и вражеских руках, что его дурачат на зло ему самому, что обманно ведут каким-то мрачным путем к погибели и хотят порадоваться ею.

(У благоразумного грешника) это неминуемо рождает чувство опасения за свое собственное благо, осторожность, отвращение к хитрецу и к его изобретениям — обольщениям, порокам и страстям и ко всей собственной по его научениям прежней жизни.» (Путь ко спасению. Репринт с издания 1899 г. м. стр. 95–96).

От этого отвращения от бесовского мира начинается путь к преодолению в себе собственных уз духа, которым человек самопроизвольно оказался предан. Тогда человек начинает реально жить, имея жизнью благодатное участие Духа Святого в своих нравственных движениях. Этим благодатным участием все внутреннее его начинает высвобождаться в той нравственной первозданной чистоте, в которой Бог сотворил когда-то Адама. Ради этого труд над стяжанием благодати, стяжанием Святого Духа делается жизнью человека. Он теперь не на обочине, он идет на пути.

А здесь надо идти, пока не придёшь.
К смерти, а после неё — к воскресению и жизни вечной.
Для этого и нужно на пути стяжать благодать, иначе идти будет нечем.
Чтобы стяжать — нужны способы, средства и условия.
А к ним отрясения. Без них благодать стяжать нельзя.
Нужно отрясаться от уз духа, а для этого отрясаться и от возбудителей греха, о которых говорит св. Феофан, и от греховных закрепителей характера.
А о внешнем уже Господь говорит: «берегитесь, чтобы кто не прельстил вас» (Мф. 24,4).
И ещё говорит: «Горе миру от соблазнов: ибо надобно прийти соблазнам» (Мф. 18,7).
И дальше: Но вы «наблюдайте за собою» (Лк. 17,3).

Господь так настойчиво говорит об этом, потому что предвидит, что к нашему времени предупреждения Его для многих силу не будут иметь, а разные откровения, которых в последние времена явится много, с силой будут наводить много волнений.

Опять же и мы. О чём и для чего говорим всё это? О том, Г. и для того, чтобы сказать, что не всякий вышеестественный опыт есть опыт от Бога. Даже в мировых религиях. А возможно — и тем более в них.
Но если кому-то в России он попускается, — то всегда для отрясения. Как от самообольщения, так и от его причины. Так и для опыта различения духовных состояний.

Вышеестественные ложные откровения

Коснёмся теперь и другого опыта. Он ближе к вам, но тоже не вполне ваш, опыт яркий, увлекательный. Так, например, пережив сильнейшее откровение как бы свыше, человек родившийся без рук, без ног, прыгающая радость, теперь по всей Европе проповедует Христа и имя «Иисус» возносит и славит перед тысячными аудиториями. Опыт этот очень близко к сердцу принимают протестанты, с чувством удивления смотрят и слушают о нём католики и как на заморскую диковинку смотрят на это православные. Почему как на диковинку?

Потому что, имея дух Христов, а он живет в человеке в страхе Божием, невольно, и может быть поначалу не вполне ясно, но со временем все более отчетливо, будешь отстраняться от этого западного опыта. В этой, казалось бы христианской радости и похожей на вашу «любовь и сострадание без выборочно ко всем и ко всему», в сильной и убедительной проповеди любить жизнь и любить жить, внутреннее чувство христианина ищет и не находит дорогих сердцу покаянных чувств, сокровенных касаний кротости Христа и Его смирения. Не находит той тихости сердца, которой живет душа, способная воспринять благословение Христово, воспринять мир Христов, какой звучит и подается свыше на каждой литургии в заповедях блаженств.

Или вот, подобный по источнику, откуда он, т. е. вовсе не от Христа, но совсем противоположный по виду — «Исповедь сатаниста». (Фильм выложен в интернете). Сатанист, воспитанный с детства в семье колдуна и ведьмы, достигший высочайшего ранга среди всех колдунов мира, ближайший соработник диавола, заваривавший в мистическую, полную греха, кашу множество людей в Америке, вдруг натыкается на знамение Христа — крест, проходит через ряд сокрушительных для его самолюбия смущений, и в итоге делается христианином-евангеликом, отрекается от диавола и теперь раскрывает всему миру самые закрытые тайны сатанизма.

Удивительно и страшно слушать то, как дьявол работает сегодня с людьми, как люди непреодолимым собственным влечением ввергают себя тысячами в малые и большие, и масштабные уловки диавола, уловляются самодвижно и вольно либо через собственные страхи суеверные или мистические, либо через житейскую многоразличную корысть больше иметь, либо через притязания стать большими и великими в мире, уловляются отдаваясь всем собою и ввергая всего себя в сатанистские веяния в мире, в действия духа времени и в цивилизационные перспективы довольной земной жизни.

Но не в этом суть откровений бывшего сатаниста. «Многие придут под именем Моим, и многих прельстят. Не ужасайтесь — говорит Господь, — ибо надлежит всему тому быть». (Мф. 24,5–6). Суть откровений бывшего сатаниста в том, чтобы этими откровениями многих людей привести к имени Его, Христа.

Казалось бы ко Христу? Нет. В христианство. В такое христианство, в котором в сознании людей грех будет оторван от падшей природы человека. Тогда христиане будут стараться сделать что-то со грехом, не трогая падшего естества в себе. Таким по своей природе будет и есть всё всемирное христианство.

Лжехристы и лжепророки

Скрытая, невидимая работа врага рода человеческого, совершается в том, чтобы грех заварить во множестве людей. Если муку разболтать в воде, со временем она ляжет в осадок и вода сделается светлой. Но если болтанку сварить, заварить, образовавшийся мучной клейстер уже ничем не вернуть в исходное состояние. Поэтому враг хочет не только ввергнуть человека в грех, но грех заварить в человеке, испортив непоправимо его природу. Заварить и умножить — это то, что хочет и чего ищет диавол.

Тогда с порчей естества и охлаждением любви человек легко входит или отдает себя царству беззакония. Тяжки и скорбны слова Господа из приведенных здесь, что многие прельстятся именем Господним. Не различая духи, люди войдут в то же царство беззакония, исповедуя себя под тем «именем Моим», под которым придут прельстители. Они будут называть себя христианами, причисляя себя к всемирному христианству.

Над этим началась в наши дни работа духов льсти. Идея всемирного, всеобщего христианства — она будет тем последним соблазном и теми сетями обмана, которыми враг рода человеческого, с торжеством будет собирать свой обильный улов. «Восстанут лжехристы и лжепророки и дадут великие знамения и чудеса, чтобы прельстить, если возможно, и избранных», «и многие лжепророки восстанут и прельстят многих». (Мф. 24, 24, 11). «Лжехристы» — это те, что «под именем Моим». Все преимущественно из людей простых.

«Лжепророки» — это те, кто будут при власти. И сказано: «прельстят многих», потому что будут при власти. А «многих» — это люди, у которых нет никакой иной опоры в церковной жизни, кроме «власти». Её благословением они и идут по жизни, на неё и опираются. Не столько на святых отцов, хотя могут быть и начитаны в них, и не на опыт благодати, хотя где-то и как-то переживали её, и не на предание Церкви, в котором чаще и больше будут держаться не самого предания, а того, что удобно.

Например, сокращенных служб, изменённого на западный манер устава. Они не будут отдавать себе отчета в том, что такими манипуляциями с Преданием они теряют жизнь духовную и поглощаются религиозно-душевной жизнью. Это поглощение религиозно-душевной жизнью, вершину которой, т. е. исполнительское мастерство, всё больше задают человеческие дарования и профессионализм, и есть великая скорбь нашего времени.

Душевным христианам свойственно два вида поведения, как две ветви идущих из одного корня. Один, когда они спокойно относятся к любым переменам в церковной жизни, а содержанию этих изменений не придают никакого значения. Другой вид поведения, когда человек остро реагирует на изменения в церковной жизни, придаёт им значение столь серьёзное, как будто ломаются сами основы жизни. Первые так беспечно ведут себя, потому что опираются на авторитет или власть священников и архиереев. Вторые так ведут себя, потому что опираются на собственное мнение, имеют свою позицию.

Отсюда им, вторым бывает легко вступить в конфликт с церковною властью. Они могут даже и полагать, что конфликтуя с церковною властью, они тем защищают и отстаивают православие. Почему эти два вида поведения рождаются из одного и того же устроения? Потому что порождает их душевный человек. Он живёт собой, своим естеством, человеческим. Поэтому в зависимости от присущего ему характера и тех опор, которые составляют его жизнь, ведёт себя по первому типу поведения, либо по второму, либо колеблется посредине между первым и вторым.

Говоря о лжепророках, добавим к сказанному — лжепророкам, как людям душевного склада, вышеестественного опыта не нужно. Они по своим естественным и порой выдающимся дарованиям или по своему официальному властному положению, а в итоге по самомнению и самонадеянности будут чувствовать себя и ставить себя как бы много выше всего вышеестественного.

Не только ложного, но и реального, действительного. Тем более имея официальное духовное образование, как инструмент, из которого на всё и обо всём будут иметь заранее составленный ответ, будут высокомерно и брезгливо относиться не только к прельщенным, т. е. заблудившимся в магиях, но и к тем, кто водимы действительною благодатью.

Они не будут различать того и другого, ко всему относясь одинаково ненавистно по одному только признаку — это вышеестественное. Они и к словам Господним, и читая их, не узнают в них себя, или, если узнают то не к уразумению, а к досаде и раздражению. Потому что будут ценить одни знания, полученные в образовательных структурах, и те естественные человеческие дарования, которыми будут дорожить и развивать в себе. При этом ради стабильности земной, в том числе и религиозной жизни, будут с вдохновением и решимостью устраивать новые виды земных вполне естественных с душевной точки зрения организаций и надструктур над ними.

Эти организации и надструктуры будут принимать все более властный и глобальный характер. А люди доверять им и вновь складывающимся постепенно формам её организации, будут больше, чем преданию Церкви. Предание Церкви будут знать школьным, книжным образом, а в жизни знать и узнавать его тоже не будут. Нечем, потому что нравственности нет.

Так через как бы естественное устроение и инциативное усовершение церковной жизни и как бы естественный ход исторических событий, разворачивающихся на началах договорных в одних случаях и властных в других, диавол будет, и есть уже, строить свое царство на земле. Для этого ему и для таких людей в наше время вышеестественных знамений не надо. Они понадобятся только на последнем этапе, когда антихристу надо будет явить себя богом. Так обстоит дело с людьми душевными, не имеющими вкус к заповедям блаженств и так или эдак утратившими покаяние.

А по отношению, пусть и к меньшему числу людей, (правда, их миллионы) имеющих склонность к вышеестественному, но тоже людей душевных, диавол будет искать «знамениями и чудесами прельстить их» (Мф. 24, 24). То есть собрать их в то же единое царство на земле. Поэтому уже сегодня на одном полюсе радостный протестант, родившийся без рук, без ног, на другом — бывший сатанист, ставший евангеликом, будут и говорят уже об одном и том же — о Христе. Вокруг себя они будут собирать тех, кто по своему характеру сам хочет прельститься.

«По своему характеру», т. е. он ищет мира, уюта в земной жизни и безопасности, чтобы ниоткуда, ничто не угрожало. Это всё ему и дастся. При этом из того источника, который есть источник прельщения для тех и других один и тот же — мистический мир демонов и бесов.

А причина — душевный характер их религиозной жизни, в основе которого лежат всеми вожделенные условия земного существования — мир и безопасность. Приведённые мною, как пример, люди, пережившие вышеестественный опыт, к православию сами не пришли, и те, кто им верит, тоже обычно не начинают искать православия, или если и православные слушают эти откровения, они не поворачиваются к подвижнической жизни, как к собственно православию.

Окажется, что для них достаточно пережитого ими потресения от услышанного, а первым достаточно знать, что есть Христос и верить в Него, а дальше они не идут. Ни внутреннее, ни внешнее — ничто им не подсказывает, что обретение Христа — это духовный и нравственный труд, труд стяжания благодати.

Причём, стяжания благодати тем обыкновенным способом, который описывается святителем Феофаном Затворником в его книге «Путь ко спасению», т. е. — подвижнической жизнью в православной церкви. Не столько служениями церковными, они тоже нужны, но прежде всего подвижнической жизнью. Но для ищущих мира и безопасности в религиозной и в целом в земной жизни этот обыкновенный способ стяжания благодати не нужен. Им достаточно быть просто религиозными и как бы православными людьми. Есть же среди нас такие, которые говорят: «а я и есть православный, я крещённый, и Бог у меня внутри, в сердце. Зачем мне ещё ходить в храм». Или: «Я хожу в храм, молюсь, пощусь, причащаюсь. Что ещё надо?». И они довольны этим.

Три нечистых духа

«И видел я, — говорит тайнозритель Апокалипсиса, — выходящих из уст дракона и уст зверя, и из уст лжепророка трех духов нечистых, подобных жабам. Это бесовские духи, творящие знамения; они выходят к царям земли всей вселенной, чтобы собрать их на брань… Блажен бодрствующий и хранящий одежду свою, чтобы не ходить ему нагим и чтобы не увидели срамоты его». (Откр. 16,13–15).

Вот что об этих «духах нечистых» пишет протоиерей Геннадий Фаст в книге «Толкование на Апокалипсис» (М. Никея, 2009 г.) — «мы видим в драконе, звере и лжепророке сатанинскую „троицу“. Троица не по существу, а подражательная и ложная. В действие вступает сатана лично, и привлекает своих могущественнейших служителей: антихриста и лжепророка (цивилизацию последних и наших времен — А.Г.). Из уст и сатаны, и антихриста, и лжепророка исходят три нечистых духа. „Это бесовские духи, творящие знамения“ (откр.16,14). Цель их — увлечь и прельстить людей. „Блажен бодрствующий“, не поклонившийся антихристу, но ждавший Христа, и „хранящий одежду свою“, полученную в крещении и всегда облекавший душу свою добрыми делами, „чтобы не ходить ему нагим“ от добрых дел, и „чтобы не увидели срамоты его“, то есть падшей греховной природы» (стр. 265–267).

К этим словам прот. Геннадия Фаст мы добавим вопрос:

Почему в лжепророке мы видим цивилизацию? Потому что, обратите внимание, именно на пророческий механизм, которым активно поддерживается её развитие. Она всегда зовёт в очередную идею будущего, в которую массы людей, далёких от духовной жизни, верят как в очередное пророчество о новой жизни.

Не просто верят, но миллионными и организованными шеренгами с восторгом подхватывают очередную идею-пророчество и отдаются ей всеми страстными своими силами. Посмотрите только на парады и демонстрации советского противобожного периода, стройные ряды фашистских войск с их взмётом рук в едином «Хайль», на огромные массы людей на католических мессах на ватиканской площади. Потому и звучит так своевременно и современно предупреждение апостола: «Итак, не будем спать, как и прочие, но будем бодрствовать и трезвиться» (1 Фес. 5,6).

Обожение, атеизация, демонизация

Но вернемся, Г., к вам. Ваш случай не вполне тот, что у переживших посмертный опыт и затем несущим это известие многим. Он не вполне совпадает и с теми, кто неожиданно для себя, пережив некое посещение, сделались яркими проповедниками Христа. Ни того, ни другого вы не начали делать.

В истории человечества было много мистиков, которые пережили что-то вышеестественное, ухватились за него и стали развивать в себе практику удерживания этого посещения. Вместе с тем, через общение с некими демоническими сущностями, получали от них множество откровений. К ним начинали стекаться люди, ходить за ними, учиться у них. Так возникли великие религии с их содержанием, культом и мистическими практиками. Так из этих религий возникли и последующие после них секты: кришнаиты, секты Вивекананды, Муна и множество подобных. Такое размножение и умножение ветвей всегда происходит там, где нет Святого Духа.

Ни одна из этих религий и выделившихся от них ветвей не ведёт ко Христу. Мистические практики этих религий, особенно восточных, ведут к демонизации человека. Заметьте, в отличие от них православная мистическая практика подвижничества на высоких ступенях молитвенной практики ведёт к обожению.

У христиан-католиков и протестантов мистической практики подвижничества нет.

В 1054 году, разорвав отношение с православием, они фактически утратили участие в них Святого Духа и с этого времени началась утрата и чувства Духа Свята, чувства благодати. Всё больше оно стало замещаться и подменяться чувством самореализации в душевной и плотской самодеятельности. В итоге вместо православного подвижничества у них остались только содержание и культ. И множество общественнозначимых движений, служений, пока не накопятся энергии и убеждения для какой-нибудь очередной пандемии на весь мир. Правда, у католиков есть монастыри и монашеская жизнь. Но в них нет собственно мистической покаянно-благодатной жизни.

Потому что их религиозная практика идёт от падшего естества и за границы разгорячённого падшего не выходит. И чем дальше католичество движется в историческом времени, тем больше оно отдаётся влиянию падших духов.

Правда, то же происходит в наши дни и в православии, в том православии, которое живёт от падшего естества. В этом православии на протяжении двух последних столетий происходит утрата нравственности, производимая сокрушительной переменой уклада жизни.

Того уклада, в котором действующими началами являются лад, таинство Церкви и чаяние жизни вечной. Того уклада, в котором живёт целомудрие семьи, целомудрие рода, народа, а уже из этих трёх образуется целомудрие отдельного человека — ребёнка, подростка, юноши, взрослого, старого. Именно так, если мы говорим о народе в целом – от общего к частному, а не наоборот. И если частное, т.е. отдельный человек, вышедший из такого народа, лично вступит на путь умножения целомудрия, тогда и «тысячи будут спасаться вокруг него». Того уклада, в котором падшее преодолевается святою нравственностью, целомудрие в основе себя имеет «святости почитание», а в образе и устроении уклада лежит прообразование Царства Небесного в таинствах Церкви, прежде всего в таинстве евхаристии и в продолжении её «в литургии после литургии» (Патриарх Алексий II).

Этот уклад был главной мишенью, на которую обрушились все глобальные механизмы современной цивилизации XIX и ХХ столетий. Уклад разрушался везде и на всех уровнях, отдавая поле жизни семьи, рода, народа и Церкви на невиданное в прежней истории торжество падшего естества.

Падшее естество или мир сей в этих исторических событиях последнего времени перекраивали уклад много раз на свой разлад. Оно, падшее естество, сделалось основанием жизни всех и вся — общества, страны, Церкви.

И даже в передовых церковных собраниях оно начало занимать ведущее место. Об этом пророчествовали святые подвижники, когда говорили, что мир, а это и есть падшее естество, в последние времена войдёт в монастыри.

Жизнь от падшего естества при всей, казалось бы её православной религиозности, имеющей внешний характер, привела Россию к революции 17го года. Человек, живущий падшим в себе — это индивид, не личность. С грехопадением личность утратилась ещё в Раю. Началось на земле развитие индивида.

Каков он? Ему продолжает быть свойственна религиозность. Он душевен. Имеет множество талантов, деятелен. Такой человек сам не может вернуться к себе — личности. Он её не знает. Только Бог, как творец личности, знает её. Он же и может её возродить в человеке.

Восстановление личности происходит в подвижничестве по мере обожения, а оно даётся Святым Духом. Святой Дух Своею благодатью пробуждает личность ко Христу. Начало этому полагается в таинстве крещения — в таинстве духовного рождения. При том надо разуметь, что есть рождение кровное, есть духовное. Кровное рождение происходит от матерей и от женщин.

Но духовно рождают уже отцы. Им Бог даёт Своё благословение на устроение семьи, им свыше даётся Божия сила на совместное с матерями воспитание детей как чад Божиих, как народа Божия. Недаром в Евангелии родословная Христа идёт через отцов. «Авраам родил Исаака; Исаак родил Иакова…» И в конце Матерь Божия, «от которой родился Иисус» (Мф. 1, 2, 16). Родился не от человеческого семени, а свыше от Духа Святого, т. е. духовным рождением, рождением божественного благословения, сходящего, как и на отцов с Небес. Так Бог в рождённом Христе полагает начало «чтобы падший воскресити образ».

Но такому ходу исторического развития и жизни противится падший индивид. Через достоинство своего человеческого он восстает в гордость, а в гордости — до крайности — в атеизм. Двадцатый век — это время атеизации человека. Появление миллионов людей, не верящих ни в Бога, ни в диавола, верящих только в самих себя, в науку, культуру, образование и в массовую организованность, например, в социализм.

Мы теперь наблюдаем как при бурном расцвете интеллектуальных и душевных сил, различных талантов и дарований, т. е. развитии внешнего и среднего человека, вместе с тем началось быстрое из поколения в поколение нравственное его разложение, утрата индивидом нравственных сил и внутреннего нравственного человека. Затем с падением социализма, т. е. внешних ориентиров жизни, начался разброд.

Люди распались на три слоя: ярые противобожники (все они против православия), вторые — безбожники (равнодушные к любым религиям и религиозной жизни живут довольствуясь человеческой культурой) и третьи, в ком в последнее время среди первых и вторых начала проявляться религиозная жизнь. Не вера свыше, а религиозность человеческая, свойственная человеку любой народности. Эта религиозность, как свойство человеческое, нуждается во внешних опорах: в земной религиозной среде, религиозных авторитетах и религиозной власти. В то же время сама она в зависимости от характера человека либо составляет среду, либо делается авторитетом для этой среды, либо становится церковной властью.

В церковную власть «вязать и решить» возводит человека хиротония. Авторитетом человек делается либо по назначению церковными властями, например, настоятелем, либо по личным дарованиям, знаниям и умениям: естественным — культурным и духовно образовательным — или ложным вышеестественным, нецерковным. Так, если говорить о последнем, то примером будут те, кто пережил ложный вышеестественный опыт, и стал затем зачинателем сект. Например, Вассарион, или Иоанн Береславский (Богородичный центр), Юрий Кривоногов (Белое братство), Блаватская (Агни-йога) и др. А религиозную среду составляют все остальные, смотря по тому, куда склонились чем-либо в своём естестве: человеческой религиозностью, душевностью, интеллектом, какой-либо привязанностью к авторитету или власти, корыстью и др. Как итог мы можем сказать — какой бы ни была разнообразной религиозная жизнь, она сводится к двум мистическим практикам —

к обожению, от Святого Духа, к вышеестественной, благодатной жизни (православию) или

к демонизации (все остальные религиозные движения, в том числе и христианские, опирающиеся на индивида и падшее естество).

Третье направление, с силой проявившееся в XVIII-ХХ веке — это атеизация человека, т. е. гордая самореализация индивида или человеческого падшего естества. Как личная самореализация, так и в виде общественных движений — науки, культуры и образования, так и в виде государствообразующего социального строя современных стран. Явление это недолгое и в итоге со временем вольётся во второе.

Откуда бывает прелесть

Теперь ещё раз возвращаясь к вам, Г., скажем, что с вами не произошло того первого, с чего мы начали этот разговор. Т. е. того, о чем говорит святитель Феофан, — чрезвычайного посещения благодати.

Благодать, разоряющая узы в чрезвычайном действии, реально меняет человека. И даже если она по какой-то причине сокроется от него в его же сердце, след ее преображающего чрезвычайного действия останется не только в памяти, но и в измененном на христианский лад характере.

Вы же, после того, как «что-то очень хорошее вышло из вас», остались тем же и таким же, как были до того, как «в один прекрасный день в вас как бы что-то вселилось». Даже головные боли вернулись, как будто не уходили. К этому ещё добавилось уж совсем откровенное: «Пришло, — вы пишете, — уныние и холод». Самое скорбное то, что такое состояние держится уже 6 лет. Это при том, что вы «молитесь, просите, обращаетесь к священникам, ищите в интернете, боритесь, прислушиваетесь к советам».

Дорогой Г.! Ваш опыт — это не опыт благодати. Это опыт прельщения. Духовная сущность сначала вселилась в вас, дала много что пережить по виду очень похожего на якобы благодатные духовные переживания, а потом, уже теперь по действию Божию, вышла из вас, оставив вас не просто в плохом, но в опасном для вас состоянии.

Подобные вашему опыту случаи во множестве описаны в житийной литературе, особенно в патериках, то есть в летописных записях разных монастырей. Опыт посещения прелестью, то есть бесовской сущностью, попускается Богом за упрямство человека и за какой-то грех, который сопровождал вас в первый год вашего воцерковления.

Даром такой опыт не проходит. Он оставляет за собой духовное повреждение, о чем вы и пишете, и просите помощи. Грех, за который попущен этот опыт, надо найти. Опыт вышеестественного был попущен вам через год, как вы начали «искать в интернете, слушать проповеди, посещать православную Церковь, пытались поститься и молиться. Осознав свою греховность, покаялись». Где-то в это время, возможно после покаяния, вы чем-то прельстились в себе: то ли собой, то ли своей новой жизнью, то ли раскрывающимися для вас горизонтами, планами, мечтами. Это прельщение было у вас относительно самого себя в чем-то из того или подобного тому, что я предположительно здесь перечислил.

Нужно иметь в виду, что один только прелестный помысел не приведет к вселению прелести. Должна была подготовиться к этому ваша внутренняя среда, душа ваша, сознание ваше. Бывает, что в состоянии падшего естества человек болезненно заражается плесенью самолюбивой гордости или тщеславия.

Особенно «помогают» вселению такие свойства характера, как упрямство, а в нём скрытые самомнение, самонадеянность, самоуверенность. Возможны и скрытые шизофренические уклонения в психике. Хронические головные боли тоже могут быть или следствием психических изменений, или определенных черт и свойств в характере. Но и сами боли длительным присутствием могут отрицательно сказываться на психике.

Хроническая головная боль часто бывает следствием нереализуемых притязаний. Например, человек ожидает и требует от близких ему людей большего, чем они есть. Он постоянно вслух или про себя ими недоволен, говорит с ними всегда из укорения, сам в том себе не отдавая отчета. При этом для себя ищет совершенства, но как других постоянно ругает, так и себя критикует, укоряет себя до самоедства. Полон комплексов неполноценности и вины. Из-за этого ходит в постоянном напряжении и страхах к людям и переживаниях за самого себя. Не ведает страха Божия или совсем о нём ничего не знает.

Если в таком состоянии начать слушать проповеди, пытаться поститься, молиться, тогда в поисках радости самоосуществления можно компенсаторно возомнить что-нибудь о себе. Бесы, учуяв эту потребность самореализации и самооправдания, войдут и умножат притязания до прелестного состояния.

А человек и обрадуется, не подозревая, что с ним, и с кем начались у него игры. Наигравшись, они бросят человека на самоистязание, на постоянное сожаление, что все было и прошло, сожаление до уныния. Что значит — наигравшись? Значит, испортив человека в его естественных переживаниях, в отношениях с самим собою, с окружающими людьми и с Богом, испортив до неестественных, и до некоторой степени для него самостоятельно непреодолимых состояний.

Такие люди теряют способность жить и быть в укладе. Они его, уклад, не узнают. А если кто-то обращается с ними ладно и тем зовёт в укладные отношения, они в ответ завихряются в своих неестественных движениях и переживаниях, и тем активно портят со своей стороны весь уклад, не давая ладным отношениям даже и начаться. В итоге из уклада убегают под любым придуманным предлогом и больше не хотят возвращаться, избегая людей укладных. По этой же причине они и в Церковь не ходят. А если и придут, постоят в затылок и затылком и уйдут. Много сегодня не только взрослых, но и таких же капризных и взвинченных детей и младенцев. Вне Церкви естественно, но и в самой Церкви много не только детей, но и взрослых. Бесы же, если и дальше будут пасти человека, то повредив до «холода» в душе, «безрадостности, как бы богооставленности» будут еще караулить, чтобы довести до отчаяния. Видимо, это с вами и происходит.

Что же теперь делать?

Что же теперь делать? Если есть в написанном мною что-то, что вы узнали о себе, в том покайтесь.
И знайте, что на исповеди, после разрешительных слов священника, — Господь, как бездна милости и бесконечной любви и прощения, — простил вас и все, сделанное вами и пережитое, а теперь исповеданное, изгладил, выбелил.

Пишу об этом особо, потому что людям безукладным свойственно не доверять таинству. Они громче таинства слышат свои издёрганные переживания, доводы и выводы. Легко возвращаются к ним, порой сразу после исповеди, и вновь, увлекаясь ими, начинают жить всё тем же и всё о том же, т. е. как говорят святые отцы, оставаясь верными себе и своим «мокротным переживаниям».

Вы же помните, что после исповеди грехов, как чего-то, что может обвинять вас, нигде уже нет.
Тем более не должно быть и в вашей памяти, и в вашем сознании.
Вы можете жить, не оборачиваясь назад. Жить вперёд, чтобы заповедями Божьими быть с Богом.

Ближних любить, потому что в этой любви с вами Бог. И себя, своё нравственное любить, потому что в нём вы Богом и по образу Божию сотворены и устроены.

Чтобы укрепиться в новой после покаяния жизни начните читать раз в три дня 14-ю главу Евангелия от Иоанна, а по началу — каждый день. Сделайте это вашим правилом как минимум на ближайший год.

Чтобы постепенно осваивать церковную жизнь в должном порядке, прочтите мои ответы на вопросы:
№ 12517 — не был на вечерней службе,
12812 — я еретичка,
12828 — за что Бог наказывает меня,
12234 — или я не понимаю слово любовь (благодати призывающей),
12973 — мы с мамой татары.
А потом, если хватит сил, то и № 14216 — как возрасти из папы в отца.

Только не читайте все залпом. Читайте с промежутками, с расстановкой, с отдыхом. Чтобы немногое прочитанное носить какое-то время в душе, потом читать дальше.
Есть ещё на сайте Otrada-volga.ru «Беседа о Рождественском посте», а в ней глава «индивид» и «три свойства индивида». Прочтите их и всё, что после них.

Бог даст и наладится у вас всё.

Мир вам. Протоиерей Анатолий Гармаев