Отчет о летнем служении воспитателя артели, Инна Рыжкова

Инна Рыжкова, 4 класс, 2005 г.

Положительная часть

Общиноустроение в целом в поселении было. Мне это виделось в таких действиях, как богослужения и проповеди, праздничные трапезы (прославление Божьей Матери и святых), сходы, педагогические советы, учение «Горлица», «В гостях у батюшки» — в этих событиях мы были едины друг с другом и с Богом. Думаю, что в моей семейке общиноустроение получилось. Вижу по тому, что дети вместе молились, трудились, жили в укладе, присутствовали на богослужениях и участвовали в Таинствах, в подготовке к праздникам, в других событиях; в отношениях были взаимопомощь, забота друг о друге, единодушие. К концу смены все девочки стали жителями «Страны Детства». О себе могу сказать, что участвовала в общиноустроении, но могла бы быть более активной.

Ставились следующие цели:

1.Стяжание Святаго Духа. Для меня основная проблема в том, что я не решаюсь идти узким путем к желанной цели. Мысли об этом присутствуют часто, так было и на детском поселении.

Задачи для исполнения этой цели:

  • Молитва и чтение Евангелия с детьми; для меня лично — чтение акафиста Божьей Матери «Воспитание», о котором услышала в отзывах старших и студентов. Молиться утром и вечером, помимо правила с детьми, я предполагала полным правилом. Но на смене в основном ни личное, ни детское правило я не совершала, акафист читала не полностью дважды (первый кондак и икос, тринадцатый кондак трижды и молитвы) и два раза читала Евангелие детям.
  • Посещение богослужений и участие в Таинствах, чтобы все дети причастились. Для этого ставила задачу донести детям смысл исповеди и Причастия через беседы и рассказы. Самой было очень трудно стоять на богослужениях, приходилось преодолевать саможаление.
  • Стараться совершать служение не из самонадеяния своими силами, а с Божьей помощью (боялась, что буду гордиться и тщеславиться).

Эта цель ставилась во многом из веры: была вера в то, что это служение будет спасительно. Мне было видно, что эти задачи осуществимы, из того, что все было раньше в опыте и посильно, кроме последнего пункта (служить без самонадеяния и гордости). При подготовке думала: «Вот, на поселении буду молиться, воздерживаться…», — а в общем, для того, чтобы самоутвердиться. Но на поселении Господь ещё раз показал мою немощь и слабость и то, что без Его помощи сама я — ничто.

2. Нравственная цель ставилась из чувства долга перед Церковью, Отчизной, перед родителями детей и из попечения о самих детях.

  • Для осуществления этой цели ставила задачу обретения лона отношений с ребенком путем расположения, бесед, узнавания о жизни ребенка.
  • Предполагала поговорить с девочками о ценностях (мирских и церковных).
  • Ставила задачей наблюдать Промысел Божий о детях и вести в это их самих, с помощью «Дерева жизни семейки».
  • Трудиться с девочками над качеством хранения совести по отношению к вещам (по докладу).

3. Профессиональная цель — из чувства долга, а частью из того, что так надо и требуется.

Задачи:

  • Личная: научиться не бояться общения с детьми.
  • Съездить с детьми на Мамаев Курган.
  • Участвовать в событиях поселения.
  • Проводить вечерние советы семейки.
  • Научить девочек печь несколько блюд (блины, хворост), чтобы они записали рецепты.
  • Предполагала, что если будет много артельного времени, шить прихватки, сделать фигурки из теста (мука +соль) и расписать красками.

У меня были подготовлены три беседы, а именно: знакомство, о трудностях, о благодарности родителям. А за пару дней до смены мы с Валентиной Михайловной (она была помощником воспитателя в моей семейке «Сударушка») решили так: будет какая-нибудь наглядная ситуация — собираем совет, анализируем с детьми, а потом читаем им немного об этом же из книги Дмитрия Ростовского.

Учить печь детей батюшка посоветовал таким образом: взять 10 тарелок, и пусть каждый ребенок сам замешивает тесто, а потом по очереди пекут блины. Хотя сама я не мастер, но перед сменой с некоторыми из сестер пробовала осваивать это дело, да и Катя Куйда обещала, если что, помочь… И правда, очень помогла. Когда мы с детьми сделали тесто, а испечь почти ничего не успели — было уже поздно (а наутро поход), то Екатерина Федоровна испекла нам хворост. Спаси её, Господи.

Какие из поставленных целей получилось исполнить? Не могу сказать, что получилось исполнить духовную цель, ведь я почти не прикладывала усилий для стяжания Духа Святого. Единственное — понуждала себя быть на богослужении (когда очень тяжело — не выходила) и скорбела о своем состоянии (расслабленная воля).

От батюшки на одном из сборов воспитателей я впервые услышала о таком действии, когда воспитатель моет ноги детям. Появилось желание воплотить это в жизни семейки на следующие день или два, при этом не знала, как лучше это сделать. Помог Сам Господь. После утренней молитвы я говорю: «Сейчас мы прочитаем Евангелие». Начинаю читать первую попавшуюся главу, а она как раз о том, как Господь умывал ноги Своим ученикам. До сих пор в душе радость и благодарность Богу за такой Промысел! После прочтения — закрепили, вечером все дети вспомнили, о чем читалось в Евангелие. «Сейчас мы исполним эту заповедь». Молчание. Саша спросила: «Что, старшие будут мыть ноги младшим?» — «Нет, сегодня воспитатели будут мыть ноги детям…» — «Что?!« — прямо хором закричали они. Кто-то сказал, что сам помоет… В итоге мы с Валентиной Михайловной помыли ноги всем без сопротивления под пение «Богородице Дево, радуйся». Было так спокойно и хорошо. Перед сном Кристина (та девочка, которая все плакала и хотела домой) подошла и поцеловала Валентину Михайловну и меня. В этот вечер было чувство, что все мы — одна семья.

Состоялась беседа о ценностях с девочками из семейки Татьяны Сергеевны, которая меня пригласила, чтобы ей в этом помочь. В основном говорили о богослужении, о телевизоре, рок-музыке, о «когтях», (то есть отращивании и окраске ногтей), о том, откуда страхи. В семейке «Сударушка» читала Закон Божий для детей о Литургии, Исповеди и Причастии. Там все так просто и доступно написано, все дети внимательно слушали. Еще была беседа с девочками у храма по вопросу «Зачем нужна исповедь?» Я все не могла понять, почему Ксюша не хочет идти на исповедь, пока не поговорила с ней наедине. Оказалось, она привыкла исповедоваться у своего папы, а тут — другой священник. За смену Ксения дважды причастилась Святых Таин.

Еще был такой случай во время богослужения. Захожу в комнату, четверо девочек возбужденные — видно, бегали. У одной сорвался крестик. Спрашиваю, что они делали. Она отвечает: «Бесились». Удачно подобранное слово мы разобрали в корне: с кем в это время они пребывали, и почему слетел крестик — это было вразумлением. После этого они утихли, Аня попросила почитать Евангелие.

В артельные часы пекли блины, как посоветовал батюшка; все прошло благополучно. Во время испытания на принятие в артель девочки сами готовили борщ, а воспитатели наблюдали и оценивали их действия. Все проявились в разных качествах. При объявлении результатов в семейке отмечали как положительные, так и отрицательные моменты. В это время Катя попросила прощения за грубость у другой девочки, и остальные увидели себя со стороны; надеюсь, это было небезполезно.

Состоялась поездка на Мамаев курган и поход. Поход превзошел мои ожидания. Думала о том, куда поведу детей и как все это устроить. А кто-то предложил идти с артелью мальчиков. Тогда я попросила Алексея Анатольевича взять нас с собой, он согласился. Дети были рады.

Трудиться над хранением совести к вещам вместе с детьми почти не получалось, и я не была для них примером. Но кое-что удалось сделать: временами помогали им наводить порядок в вещах, а тех, кто не хотел этого делать, приходилось подвигать либо уговорами, либо строгостью. В комнате девочки убирались по очереди, было установлено дежурство. В начале смены я ходила с беленьким платочком и проверяла чистоту полов во всех комнатах девочек и общий порядок. Александра Андреевна тоже ходила с проверкой (смотрела, в каком состоянии личные вещи в сумках, одежда; осматривала ногти), чем очень мне помогла.

Для устроения внешнего я привезла и деревянные расписные ложки, и самовар, и русские платки, и картины — всё это себя оправдало. Но для внутреннего содержания я почти ничего не взяла: забыла доклад (но хорошо помнила его содержание), тетрадь по детскому поселению, книги, которые были необходимы. Собиралась впопыхах. Увидела, что была недостаточно подготовлена к поселению, особенно внутренне к тому, что могут быть неудачи и перемены. Например, когда меня перевели на должность помощника старшего воспитателя, я ответила согласием, а внутренне — растерялась. Я держалась за план, но, наверное, Господь не допустил совершать служение из горделивых оснований, Он все «мое» порушил. Чувствовала вину перед детьми, что мало для них сделала; хотелось исправиться, но время ушло. Дети уезжали без сожаления расставания друг с другом, но не все.

Разумение себя

Думаю, что угодные Богу цели рождаются из желания угождать Богу. Вижу проблему в том, что, сосредоточив внимание на всем отрицательном, опустила руки и не в состоянии была что-либо изменить (из-за притязания на результат).

По неразумию в начале смены несколько ночей недосыпала, началось расслабление. На молебны не имела сил вставать. Только в конце смены мне напомнила одна сестра о предупреждении Надежды Аблекаевой еще при подготовке к поселению, чтобы я спала по ночам.

Представления о своем служении имела в малой мере. Жалею, что не читала книгу Януша Корчака, где показан хороший нравственный образ работы с детьми.

Чувство служения на должности воспитателя, особенно помощника старшего воспитателя, было совсем маленьким. И с вопросом, как мне быть в этом служении, не подошла к о. Сергию или кому-либо из старших. «Забилась в угол», тяготилась своим служением, а к концу смены — даже общением с детьми. Свое состояние от окружающих скрывала, но не всегда это удавалось. А деятельное осуществление исходило из той малой меры чувства долга и ответственности, в которой я пребывала.

Полноценный образ моего служения еще не сложился окончательно, а то, что получилось, складывалось из: знаний, преподаваемых на занятиях и при подготовке к поселению; советов старших, плана, собственных хотений устроить жизнь детей полно, интересно; чаяния и притязания состояться как воспитатель и небольшого опыта. Очень помог пример воспитателя гимназии Евгении Евграфовны: она благословляла каждого перед сном, целуя в лоб, как мама. Позже я узнала от нее, как трудно было ей подходить с расположением ко всем без исключения, к симпатичным и несимпатичным. Я также благословляла детей на ночь, помня, что через это обретаются отношения.

Реальное же служение осуществлялось из неумений, слабой подготовки, притязания, где-то находчивости и по естественному участию и попечению о детях. Также принимала советы ближних. Так, мы с Родионом Николаевичем разносили детям мед на ночь.

Хочу выделить угодные и неугодные Богу действия моего служения. Во время трехдневного испытания на «Капельку мужества» я решила трудиться над тем, что мне было тяжелее всего исполнять — это утреннее и вечернее полное молитвенное правило; преодоление страха высоты на «Капельке решимости», страха темноты и погони на «Горлице» — это все угодные Богу действия. Но я не взяла благословение трудиться над молитвой у о. Сергия и стала действовать от себя — это было неугодно Богу. Знаю это совестью, обличающей меня в этом. Также неугодным Богу было то, что я оставила ведение дневника по лени и нерадению. Раздражалась на детей (до сих пор не было расположения к одной девочке) — слышу это верующей совестью… Господь заповедал любить даже врагов, не судить; сказал, что по тому узнают, что мы Его ученики, как мы любим друг друга. Господь оставил нам простые понятные слова, которые почти никто из нас, грешных, не в силах исполнить.

У меня большое самолюбие, притязания, а отсюда — уныние. На зимнем семинаре батюшка говорил, как определить уныние. «Уныние — это опадение сил деятельности». Так у меня и было, но слава Богу, что совсем все не бросила. Знаю это по рассудку, меньше — по совести. Всегда Богу неугодно тщеславие. Вижу это верой, наблюдая Промысел Божий.

Когда дети приготовили вкусный борщ, у меня возникло внутреннее довольство (какие же мы молодцы). И вдруг девочка, которая несла кастрюлю, роняет ее, и борщ разливается. У меня так часто происходит.

Угодным Богу было желание помочь ребенку, услышать его проблему, обращение за помощью к Богу и к батюшке или другим людям. Ближе к концу смены мы с Таней пришли к батюшке с вопросом. Кристина хотела перейти жить в семейку Татьяны Сергеевны, где «лучшие» подруги, с которыми ее объединяли мирские ценности. Батюшка нас обличил: «Воспитатели, куда смотрите, ребенок погибает!» И тут мне открылась серьезность сложившейся ситуации. Мы с Таней начали их разъединять, может, что-то удалось предотвратить, но время было потеряно. Я не имела чуткости, не поговорила с ней об этом. Остается молиться о ней.

В отношениях с Валентиной Михайловной во мне проявлялось своеволие, но когда это увидела — начала прислушиваться к ее мнению, соглашаться и уступать.

Надеюсь, что удастся закрепить угодные Богу действия. В вере: в дело идти не от себя, а с Богом, во всякое время обращаясь за помощью и благословением к Богу. В чувстве долга: научиться делу, которое смогла бы передать детям (выпечка). В памяти: не забыть молиться о детях моей семейки, так как любви и попечения мало. В совести: трудиться над хранением совести по отношении к вещам.

Было нечестно с моей стороны говорить детям о чистоте комнаты, когда у самой руки не доходили навести порядок в своем углу. Детям говорить «молитесь», а самой не молиться. На поселении я заметила, что когда я вступала в отношения с детьми с раздражением, то они не слушали. Наоборот, когда из попечения (даже строго) — они успокаивались, все делали.

Старалась помочь детям увидеть, что в любых безвыходных ситуациях может помочь Господь, если попросить. В тот день, когда мы должны были ехать на Мамаев курган, нашей семейке выпало дежурство на кухне. Мы вместе коленопреклоненно помолились некоторым святым, и получилось так, что вызвался помочь Андрей Викторович. Я благодарна ему за этот шаг, ведь в первый день походов «суворовцы» тоже были на кухне.

Эту работу я совершаю совестью, частично рассудком, а то, что касается отношений с Богом — верой.

Отношения с устроителями в основном формировались из взаимопомощи. Стараюсь идти к собранности от веры. К духовному не подходила из ложного стыда. В малой мере трудилась над послушанием, самоукорением, старалась видеть Промысел Божий о детях и о себе. Мне было крайне трудно организовывать и дисциплинировать подопечных, потому что я не могла подвигнуть на это сама себя. Организовывать дело еще как-то получалось.

Разумение служения

В моем служении существенным в отношениях к Богу было: доверие Богу, богослужения, Таинства; обслуживающее — уклад, припадание к Богу.

Существенное по отношению к подопечным: обретение лона отношений; чтобы они побывали на богослужении и причастились; посеять в их души добро. Обслуживающее — видеть доброе в ребенке и за него держаться, беседы и нравственное решение ситуаций.

По отношению к Церкви: существенное — пребывание в Церкви небесной, в отношениях со святыми, в уповании на их помощь и в отношениях с ближними из христианских оснований; обслуживающее — пребывание в земной Церкви, прославление святых на праздниках и чтение житий, внутренний настрой на доброе отношение с ближними.

К Отчизне: Родину свою я люблю и дорожу ею, но особенно об этом не говорила с детьми, но их располагали песни о России, смыслы учения «Горлица».

Существенным в задачах было: позвать детей в разумение и в труд над хранением совести по отношению к вещам; обслуживающее — доклад и «дерево жизни» семейки, которое не было сделано.

В течение недели существенное — богослужение, в распорядке дня — хранение уклада, в событиях — участие в них, в действиях — хранение мирного духа (у меня и детей), правил и традиций «Страны Детства». В течение года — труд над разумением своего духовного устроения при подготовке к служению и после него. Обслуживающее: в распорядке — правило «Все делаем по колокольчику»; в событиях — донесение детям их смыслов, призыв в события на основе нужды либо интереса; в действиях — дисциплина; в течение года — понуждение, труд над докладом и отчетом. Очень трудно было отвечать на этот вопрос, большей частью шла по рассудку.

Теперь опишу реальное людей. В семейке «Сударушка» было 7 человек: Александра (12 л.), Кристина (11 л.), Катя (11 л.), Ксения (9 л.), Дарья (9 л.), Настя (8 л.), Аня (6 л.). Саша одна из всех самостоятельно ходила на богослужение, Настя и Анечка — под присмотром родителей, а других приходилось вести и уговаривать. Кристине на службе становилось плохо, и из-за этого она отвращалась от нее, но молитвы, каноны она усердно читала. Ксюша — спокойная, скромная девочка и любит слушать Евангелие; она сама закончила вышивку — котенка, и подарила ее батюшке на именины. Даша не раз заботилась о ближних (кормила больного), вообще у всех девочек проявлялась забота и взаимопомощь. Саша — послушная, почтительна к старшим. Анна — живой, незлобивый, любознательный ребенок. Настенька имеет доброе расположение ко всем, отзывчивая. Кристина — ответственная девочка, помогала, заботилась о младших. Увидев нужду помыть пол в медпункте, вызвалась помочь и самостоятельно помыла там пол. Катя девочка незлопамятная, старалась всегда быть послушной.

У кого в чем несостоятельность: на мой взгляд, Саше мешает надмение, также замечала, что она соперничала с Кристиной. У Кристины укрепляются мирские ценности. Кате мешает во многом лень, саможаление. Анне — рассеяность и непослушание. Даше — грубость и желание, чтобы все было только так, как хочет она. Настеньке иногда недостает элементарной воспитанности.

В детях проявлялась жизненность на «Горлице», в играх, на песенных трапезах, во время купания, и особенно, когда бегали босиком под теплым летним дождем.

Семейка собиралась в общих молитвах и трудах, радостях и печалях, а это целое разрушалось, как я вижу, потому, что я или другие воспитатели не могли найтись, как объединить или примирить детей, либо что-то объяснить, или раздражались.

Кратко по существу выпиши образ своего служения. Над этим пунктом мне надо еще работать. Могу заметить, что главное — любовь к Богу, детям и личный пример; важно разумение (ведение дневника).

Выводы: научилась немного слышать душу ребенка, увидела, что больше надо открывать смыслы действий, содержание молитв. В ближайший год мне нужно трудиться над ответственностью, послушанием, молитвой, над самоотвержением и смирением, хранением совести, преодолевать уныние — для меня это спасительно и необходимо. Для последующих служений мне недостает знаний о работе с детьми, но больше — личного реального труда над добродетелями, практического опыта работы с детьми. Во время написания отчета происходит разумение, отчет — важное, нужное и полезное дело, хотя и трудно дается. Благодаря труду над отчетом и помощи сестер я увидела все по-новому (не в мрачном свете, как представлялось на поселении).

Богу нашему слава всегда, ныне и присно и во веки веков. Аминь.